1. Люди
  2. Истории
15 декабря 2022

Отпилить челюсть, чтобы улыбаться. Как ортогнатическая операция может изменить жизнь

Кажется, ну что там, неправильный прикус, какая ерунда. Но нет, не ерунда. И решают здесь не только вопросы здоровья, но и искреннее желание человека увидеть в зеркале другого себя
15 декабря 2022
6 мин

Людям с неправильным прикусом судьба предоставила возможность прожить две жизни — с кривой улыбкой и с блистательной. Наша героиня Кристина Марачевская считает, что легко улыбаться во все зубы и любоваться своим отражением в зеркале однозначно стоит всех неудобств, как и потраченных сил, денег и времени.

Я никогда не улыбалась во весь рот

Впервые в кабинете ортодонта я оказалась в восемь лет, когда мама привела меня на осмотр. Диагноз оказался максимально однозначным — неправильный прикус. Доктор сказал, что если не носить пластину, то с возрастом прикус станет как у бульдога. Я от страха твердо пообещала себе и всем, что носить пластину непременно буду. В идеальном мире все так бы и было, но в реальности родители меня никак не контролировали, а я сама благополучно на все забила.

С возрастом прикус и правда стал меняться — нижняя челюсть выдвигалась вперед все сильнее и сильнее. Но происходило это все не быстро, я успевала привыкнуть к изменениям, поэтому комплексов из серии «господи, я не могу смотреть на себя в зеркало» не возникало.

К тому же я хакнула систему одной хитростью собственного изобретения: я никогда не смыкала зубы — только губы. Так прикус визуально казался гармоничнее. При этом я никогда не улыбалась во все зубы, но тогда мне было с этим вполне ок. Но уже тогда в голове поселилась мысль: однажды мне придется столкнуться с проблемой лоб в лоб и решать ее уже как следует.

Я тогда училась в кадетском классе, а после хотела поступать в Академию МЧС. У меня были все шансы. Успешно сдала экзамены, прошла медобследование. Оставалось взять справку у стоматолога, и мечта сбылась — я курсант академии в Москве. Но на осмотре стоматолог сказал, что не может поставить мне группу А — годность к службе. И как раз из-за неправильного прикуса. Сейчас я рада, что все сложилось именно так, но тогда большая мечта на моих глазах за секунду разрушилась.

Отпилить, разобрать, собрать? Ок!

В 23 года я решила плотно заняться зубами и получить улыбку мечты. С диким напором я принялась вдоль и поперек шерстить интернет и выбирать ортодонта. Все доктора, к которым я ходила на консультации, были единодушны: одними брекетами не обойтись. Поскольку верхняя челюсть была заметно меньше нижней, подход должен быть комплексным — нужна ортогнатическая операция (хирургическое исправление верхней и нижней челюстей, подробнее ниже. — Ред.).

Я стала с новой силой искать в интернете информацию о таких вмешательствах и наткнулась на описание случая, похожего на мой. Стандартный протокол лечения оказался таким: на год-полтора пациенту ставят брекеты, чтобы задать зубным рядам определенную форму и угол наклона. Потом в игру включается хирург. Верхнюю челюсть отпиливают от черепа, а нижнюю разбирают на несколько частей. Затем весь конструктор собирают, но уже в правильном положении. Брекеты при этом не снимают, и после операции пациент их носит еще какое-то время. Описание было жутковатым, но если я приняла решение, меня невозможно остановить.

И я отправилась на консультацию в клинику, о которой прочитала в интернете. В ортодонтическом кабинете меня встретила какая-то волшебная девушка-доктор. В первые секунды мне даже показалось, что она сияет, — знаете, как в мультиках, когда вокруг героя появляется свечение, а мир на мгновение замирает. Зубная фея увидела мой решительный настрой, а я — ее искренний интерес к моему случаю. Я решила, что с этим доктором я хочу пройти свой путь.

«Ты и так красивая!»

От первой консультации у ортодонта до операции прошел год и месяц. За это время меня подготовили — поставили брекеты, вылечили зубы, удалили восьмерки и сделали прочие манипуляции. Мне нужно было прооперировать обе челюсти и передвинуть подбородок.

Я не сомневалась ни секунды, зато сомневались мои родные (кроме мужа, он меня поддерживал). Никто из них не хотел, чтобы я делала операцию. Их пугало даже само слово. «Да ничего же не видно», «Ты и так красивая!» Меня отговаривали, как могли. «Человек с правильным прикусом человека с неправильным не поймет», — думала я и продолжала готовиться, никого не слушая.

Мой ортодонт посоветовала мне челюстно-лицевого хирурга, профессора из Московского государственного медико-стоматологического университета имени А. И. Евдокимова. Ее доверие ему было 100%, а мое — таким же моему ортодонту. К тому же за несколько лет до этого я слышала о хирурге от знакомой, она так же уверенно его рекомендовала. Кажется, все складывается идеально.

По дороге на госпитализацию я врубила музыку в машине на полную и чувствовала себя максимально воодушевленно. Скоро я проснусь с правильным здоровым прикусом — драйв от скорого исполнения мечты зашкаливал.

Вечером в палату зашел хирург, мы обсудили операцию, я послушала перед сном медитации, съела большой «Сникерс» и спокойно заснула. Утром меня увезли в операционную. Там я провела чуть больше обещанных четырех часов.

«Ты же мечтала об этом!»

От наркоза я отходила непросто. С трудом разлепила глаза, поняла, что все закончилось, а я жива, снова заснула. Уже ночью проснулась от очень сильной жажды. Но мой рот жил отдельной жизнью, которую я ее не контролировала, — ни губами пошевелить, ни промычать что-то. Исхитрилась, как-то подала сигнал медсестрам. Они поняли, что я очень хочу пить, и смочили мне губы водой. Я отлежала все тело, и состояние было не очень.

Наутро медсестры «покормили» меня, по ощущениям, несколькими граммами каши, размазав их по губам и языку. Я пару раз попыталась что-то лизнуть. Голова была тяжелой, тело разбитым, но болей, как ни странно, не было. Иногда с похмелья себя хуже чувствуешь.

Через какое-то время я смогла встать и дойти до туалета в палате. Там я впервые увидела себя в зеркале. Вместо головы был огромный перемотанный арбуз, опухшее лицо с окровавленным ртом с надорванными уголками раздутых губ. Вид был такой себе. Но я сразу привела себя в чувство: «Крис, ты же мечтала об этом. Потерпи немного, это пройдет, и ты будешь наслаждаться результатом!» Несмотря на внешний вид, уже тогда я почувствовала себя счастливой.

Сутки спустя мне поставили тяги (это такие специальные эластичные резиночки), чтобы зафиксировать челюсти. Есть не получалось совсем. Вместо ножа и вилки у меня был шприц, которым я, как получалось, вливала в рот жидкую еду. Позже, чтобы упростить процесс, я стала пропускать еду через ситечко. На седьмые сутки уже шиковала — приноровилась пить через трубочку пакетированные шоколадные коктейли. Хотя тогда и воздух мне казался достаточно сытным.

Бодрило и то, что моя соседка по палате ела вообще через нос. Приспособиться можно, было бы желание. Я не могла есть и чувствовала себя гораздо счастливее, чем когда ела все подряд, но была недовольна зубами. На девятые сутки мне сняли повязки, чтобы почистить зубы, и тогда я впервые увидела свой новый прикус. Ущипните меня! Это точно мой — такой правильный и красивый?

Рот был зафиксирован месяц. Потом тяги сняли, и я вышла на работу. Кстати, хотите естественным образом похудеть на десять килограммов? Ортогнатическая операция как вариант.

И да, я не платила за операцию — их делают в том числе по квоте, от меня требовалось только оформить бумаги. Платила я только за брекеты, которые ставили в частной клинике.

Отбросим скромность

Разговаривать было все еще тяжело — челюсти и зубы были как каменные. Онемение нижней трети лица тоже оставалось. Открывать рот на два пальца я смогла через 39 суток — это была серьезная заявка на жевание.

Пожалуй, больше всего после операции меня волновал нос. Из-за отеков он стал будто шире, и я серьезно переживала, что он таким и останется. Но на самом деле за счет выдвижения вперед верхней челюсти он будто немного приподнялся и стал короче на фоне лица. Со временем пропорции стали гармоничными. Бонус — после операции исчезла легкая заложенность носа, которая надоедала мне раньше.

В сторону скромность — с каждым месяцем мое лицо становилось все красивее. Спустя год я подумала: «Вот оно, мое новое лицо, с ним я буду жить». Но ничего подобного. Превращения продолжались пару-тройку лет после операции.

Наблюдать за метаморфозами лица и привыкать к меняющейся себе было крайне странно. Я думала, что выгляжу одним образом, подходила к зеркалу, а там был уже снова другой человек. Окончательно привыкла к новой себе я только года через два.

Последним штрихом «чистовой отделки» рта стали ультратонкие виниры на шести передних зубах — это изначально было прописано в плане лечения. Из-за того что верхняя челюсть развивалась медленнее и была меньше нижней, зубам не хватило места, чтобы вырасти пропорционально.


У каждого свои причины для решения об операции. У меня на первом месте было здоровье, но если бы я тогда знала, какой получусь, точно сказала бы, что эстетика. Людям с неправильным прикусом судьба предоставила возможность прожить две жизни — с кривой улыбкой и с блистательной. Это два разных взгляда на мир и два разных самоощущения.

В начале лечения у меня в голове была сплошная каша. Шаг за шагом я шла к заветной цели. Я благодарна всем, кто меня поддерживал, и, конечно, себе: «Спасибо тебе, Крис, за то, что решилась и что все выдержала». Тем, кто не может набраться смелости, я скажу одно: если вы сами не вложите в себя силы, деньги и время, никто не вложит. Но это точно того стоит.

Комментарии
Вам будет интересно