Задолго до Барби. В каких кукол играли наши бабушки и мамы

«Кукла СССР. Пупсик. Редкий. Чебоксарский завод. Старая резина. 50-е». Это описание с аукциона, невзрачная куколка на фото. Но когда-то о такой мечтали десятки людей.

В конце 1980-х в СССР появились первые Барби. Да, сперва как элемент роскоши. Те самые, настоящие, были дорогими, стали отчасти символом социального статуса. Они были доступны «детям дипломатов» и просто богатым людям. Но прошло совсем немного времени, и Барби стала частью нашей жизни (как и сотни дешевых аналогов, которые заполонили рынок).

Это одновременно стало окончанием драматичной старой советской кукольной истории. Советские Маруси и Аленки, целлулоидные пупсики из ГДР и с военного завода, Рут и Грета из ГДР печально ушли из детских комнат, уступая место Барбиленду. Рассказываем, какими куклами играли девочки страны, куда не ступала нога Барби.

До революции: дневники куклы

Анна Керн (та самая) вспоминала, что однажды бабушка предложила ей выбрать подарок на день рождения: деревню (настоящую) или куклу. Вот такая история из 1800-х. Анна выбрала куклу.

В России красоток с бисквитными фарфоровыми лицами, закрывающимися глазками, вклеенными зубками и натуральными волосами тогда не делали, их привозили из-за границы. И так и называли: «французские» или «парижские». Стоили они безумно дорого и были самым, самым большим счастьем даже очень благополучного детства.

Прошло несколько десятилетий, и все изменилось. У каждой девочки из богатой дворянской семьи было 20–30 кукол, но в целом это все еще были игрушки для богатых детей. Остальным горожанам (в крестьянской среде все было совсем иначе) оставалось любоваться витринами детских магазинов и читать «записки кукол» — в России выходили тонны книжек в этом жанре.

Сначала это были унылые нравоучительные рассказы в стиле «мужчины-моралисты наставляют юных девиц», потом за дело взялись писательницы. От имени кукол они рассказывали про жизнь «маленьких женщин», которые интересовались модой, учились этикету, отдавали распоряжения горничным, рукодельничали, музицировали.

Дети обожали эти книжки, но после революции их издавать перестали, а для кукол настали трудные времена.

Молодая Советская Республика: долой буржуазные замашки

В 1928 году в Москве по решению Наркомата просвещения закрыли Кукольный императорский завод (фабрику Журавлева и Кочешкова). Этот завод выпускал кукол по моделям Николая Бартрама, легендарного искусствоведа и художника.

Лучшие одевальщицы из Сергиева Посада шили им платья из шерсти и кружева, мастерили крошечные ботиночки из кожи. Эти игрушки не уступали французским, но не соответствовали советским ценностям. В целом до 1930-х годов кукла в СССР считалась вредной вещью, которая развивает в детях если не дворянские, то буржуазные замашки. Воспитательницы в детских садах показательно били игрушечных Тань и Катенек и ставили их в угол.

Максимально прагматично и по-советски требования к детским игрушкам были сформулированы в постановлении ЦКК РКИ от 26 августа 1933 года: «Советская детская игрушка, технически и внешне художественно хорошо выполненная, (…) должна ширить кругозор ребенка, ярко отражать социалистическое строительство, технику, оборону СССР, знакомить с бытом народностей СССР, с революционной борьбой пролетариата».

При всем при этом в 1936 году в СССР внезапно вышла книжка «Катина кукла» — фотоистория кукольного дня с текстом прекрасного детского поэта Александра Введенского, сделанная по образцу популярного американского издания Patsy Ann her happy times. В этой книжке кукла Таня просыпается, завтракает со своим другом Зайцем, кормит кроликов, убирает квартиру, играет гаммы, катается на лодке, пишет письмо.

Критики разбили «Катину куклу» вдребезги: писали, что фарфоровый умывальник и хорошенькие туфельки у игрушки заставляют маленьких девочек «восхищаться отжившим идеалом быта», что кукла Таня похожа не на советскую пионерку, а на благовоспитанную девицу из царского прошлого, «добронравную маленькую хозяйку».

«Нарядная барышня-белоручка в буклях, бантах и кружевах, с напомаженными губами — игрушка с подчеркнутой мелкобуржуазной тенденцией, — писали рецензенты. — Советским детям не нужны ни такие книжки, ни такие куклы!»

1930-е: баюкаем куклу-буденовца

Но странно представить мир детей без игрушек. Так что же оставалось? Типажи кукол, которые были «нужны советским детям», описывает журнал «Советская игрушка» за 1936 год: «парашютисты», «представители народов», «краснофлотцы», «рабочие». Партия высоко оценила куклу Машеньку из ателье «Сатурн»: она была одета в пионерскую форму и могла отдавать салют поднятой рукой.

Вместе с настоящими куклами продолжали продавать и листы для вырезания с нарисованными пареньками и одеждой для них — шинелью, буденовкой, пионерской формой. Разрабатывались идеологически верные игры: «пляска кукол-пионеров», «колхоз», «демонстрация», «лыжный пробег Москва — Свердловск», «проводы делегатки на съезд Советов».

Правда, в быту дети играли с куклами не по прописанному партией алгоритму: маленькие девочки снимали краснофлотцев с коней, укачивали их и кормили игрушечной кашей, раздевали буденовцев и укладывали их спать.

1930-е. Кукла возвращается

Привычные нам куклы вернулись в СССР уже в конце 30-х годов. Их называли «нарядные куклы», или «куклы-девочки», а неофициально, по старой привычке, французскими. Но выглядели они уже по-другому, не как дореволюционные.

Партия рекомендовала художникам не делать барышень с капризными ртами и наивными глазками. Новые куклы должны походить на современных детей, только очень миловидных. В стране изменилась жизнь: благополучие перестало считаться позорным пережитком прошлого, игрушечные Кати и Оли из папье-маше в красивых платьях символизировали советскую зажиточность. В «Советской игрушке» даже вышла статья

«Кукле — наряд и посуду!».

В магазинах появились советские куклы в английских костюмах, сарафанах, платьях плиссе, чулках, туфлях, пальто и шляпках. США в это время переживали моду на кукол, изображавших звезд. В СССР заговорили о том, чтобы тоже делать игрушечных стахановцев и ударников социалистического труда, но до этого не дошло.

От куклы «отскакивала» идеология. Она оставалась «маленькой хозяйкой». Но дальше была война — и индустрия игрушек, разумеется, исчезла из фокуса внутренней политики.

Кукла и не только после войны

В послевоенный период, в 1940–1950-е годы, советская индустрия игрушек была подчинена плановой экономике, но не была, разумеется, приоритетной. Игрушки были очень низкого качества — производили их из опилок, самого дешевого картона, остатков швейного производства. Плохого качества и совершенно не гигиеничные, они при этом стоили очень дорого — цена на куклу была выше 30 рублей, объект роскоши.

Но затем все начинает постепенно меняться. Появляются те самые целлулоидные пупсы, ручки и ножки на резинках, вполне себе симпатичные паричковые куклы (пусть и набитые опилками), а потом и первые советские куклы-красавицы. Но почти одновременно с ними в СССР начинают приходить куклы из ГДР.

Еще одно возвращение куклы в Союз

В 50-е в Советском Союзе появились и задержались до 80-х гэдээровские «аришки» — ARI (August Riedeler GmbH & Co. KG.), миниатюрные куклы и пупсы. ARI выглядели как-то особенно, скорее забавно, чем миловидно, можно сказать, что у них была неконвенциональная кукольная красота. Они стоили не очень дорого, их было много, и ими почему-то было очень интересно играть.

Еще все мечтали об огромной шагающей Нине московской фабрики «Кругозор» — ее можно было вести рядом с собой за левую ручку. У Нины были круглые голубые глазки, кудрявые волосы, милое платье в горох. Она не умела сидеть, зато при каждом шаге поворачивала голову. С такой куклой любая девочка была королевой двора.

«Шагающая кукла была у единственной девочки во дворе. Как же она ей гордилась! Никому не давала поводить ее за ручку. Я не завидовала, просто не понимала, почему моя любимая кукла так не может. Дома водила ее за руку, и мне казалось, что у нее тоже получается шагать, ну хотя бы пару шажков».

Те самые «импортные» куклы из ГДР появились в продаже в 60-х, а после московской Олимпиады 1980 года их стало довольно много. У немецких кукол были шелковистые волосы, необыкновенной красоты лица, закрывающиеся глазки с красивыми пушистыми, а не целлулоидными ресницами, а на руках и ногах выделялся каждый пальчик. И они были так хорошо одеты! Эти платьица, трусики, белые носочки, снимающиеся туфельки…

Куклы были ужасно милыми и натуралистичными — не такими, как позже знаменитые авторские Sissel Bjorstadt Skille, но все же похожими на настоящих девочек.


«Я все детство мечтала о гэдээровской кукле с закрывающимися глазами и расчесывающимися волосами. Смогла себе такую купить в 17 лет, с первой зарплаты. Она до сих пор жива, сидит на почетном месте. Ей 50 лет».

«Когда на первом курсе универа мы обсуждали, у кого сколько кукол — их не выкидывали, — девочки называли что-то около десяти, и в моих глазах это делало их богачками. У меня было две».


Из общего советского кукольного ряда выбирались ленинградские, их было принято привозить в подарок из каждой командировки в культурную столицу. Дети даже не догадывались, что играли произведениями искусства: в «Ленигрушке» авторских кукол создавали известные художники и скульпторы, в том числе Марианна Мотовилова.

В 60-е она делала маленьких красоток со стрижками шлем или двумя хвостиками, одетых по тогдашней моде в короткие трапециевидные платьица. И позже ее куклы — все равно, Золушки или школьницы, — оставались хрупкими девочками с тонкими руками с развернутыми кверху ладонями, длинными ногами, большими глазами, идеальными носиками и пухлыми губами. Грустные или веселые, они всегда были очень приятными и какими-то невозможно стильными.

Засекреченный завод «Красный боевик» в городе Котовске выпускал порох, и попутно кукол-неваляшек и целлулоидных голышей, тех самых пупсов. Целлулоид и современный порох делают из одного сырья, поэтому производства объединили под одной крышей. Продавались просто фигурки пупсиков, пупсики в ванночках, пупсики с одеялками, пупсики в малышковой одежде.

Снова появились серии для вырезания «Одень куклу» — фигурки в купальниках и одежда с держалочками, загибающимися на плечах: национальные костюмы разных народов Советского Союза, школьная форма, нарядные платья, костюмы сказочных героев.

«Куклы с одежками» печатали в детском журнале «Мурзилка» и в отдельных брошюрках, но лучших публиковали «Работнице», главном женском журнале страны. Это был полноценный справочник детской и подростковой моды, потому что рисовала эти кукольные коллекции Нина Голикова, звезда Всесоюзного дома моделей. Кстати, это она автор знаменитого плаката к фильму «Карнавальная ночь».

Советские куклы не были посланницами из идеального мира, у них не было домика, автомобиля и даже Кена. Но они были любимыми — так, как никакой Барби и не снилось.

Фото: Getty Images, Зинаида Серебрякова «Катя», 1920