Зачем нам нужна меланхолия?

  1. Люди
Зачем нам нужна меланхолия?
Зачем нам нужна меланхолия?

Ну кроме того, что она прекрасно инспирирует написание стихов о любви в девятом классе. Зачем? Рассуждает наш колумнист Лена Боровая.

Тоня Голубева попросила меня написать об этом колонку. Обычно я сдаю материал в течение пары дней, а тут — полгода. И отказаться я тоже не могу: об этом важно поговорить, она для чего-то точно необходима.

В какой-то из заходов я полезла в «Википедию». Там про излитие черной желчи, про то, что меланхолия может быть симптомом депрессии, всякое такое. Ну, то есть «Википедия» однозначно не видит ничего хорошего в ней. А я вижу, но что?

Когда я записывала интервью с Верой Полозковой, задала ей этот вопрос. Кажется, момент даже остался. Вера сказала, что важно путешествие между меланхолией и эйфорией — там ресурс, там творческая энергия, там жизнь. И я не могу не согласиться.

Что же касается меня, я недавно ответила на этот вопрос. Меланхолия — защитная функция моего организма. Когда она включается, я отключаю телефон, включаю сериал, сворачиваюсь в кокон — и меня немного нет. Так я восполняю ресурс. Так нахожу силы и придумываю способы жить. На самом деле это единственное, что может заставить меня выйти из постоянного информационного поля. Капелька-другая меланхолии.

У меня была клиническая депрессия. И хотя нельзя утверждать, что меланхолия не является ее симптомом, в принципе у меня — не была. Мои симптомы: мигрени, усталость через полчаса после пробуждения, черная дыра внутри, ощущение безысходности… но не меланхолия.

Сейчас, когда она накатывает на меня, я просто понимаю, что нужно отдохнуть. Нужно поставить на паузу мысли, поступки и просто побыть в ментальной невесомости. Под меланхолию хорошо подходят старые сериалы о любви, советские фильмы, мультфильмы — выбор ваш.

Что важно помнить, мы — человечки. Человечки испытывают гамму эмоций. И эта гамма не только в розово-блестючем спектре. Что-то лежит в мрачных уголках и черных щелях — это нормально.

Все предыдущие поколения учили своих детей «не грустить», «не обижаться», «не злиться». Нас тоже. Но научили — подавлять эти чувства, сидеть с ними один на один внутри себя, натянув фальшивую улыбку. Нас научили, что их нельзя чувствовать — мы плохие тогда и неправильные.

А сейчас внезапно вместе с нашими детьми мы учимся контейнировать, проживать… В основном, если говорить о моем поколении, учатся только те, у кого подрастают человеческие малыши. С ними мы осознаем важность, осознаем необходимость, принятие. А та часть нашего поколения, которая еще или вообще не стала родителями, — живет в мыслях о том, что быть грустным — нельзя и плохо. Что показывать эмоции — это слабость, а слабость — плохо. И вот от этого и идет токсичность. Мне так кажется.

Мы боимся нашей меланхолии, давим ее, стыдимся, а на самом деле иногда нужно просто дать этой волне отнести тебя на берег. Безопасно и тихо. И чем быстрее ты научишься дружить с меланхолией и понимать ее, тем быстрее сможешь и в ней находить ресурс.

Дисклеймер, хоть и в конце текста: если вы сами не справляетесь с меланхолией или тревожностью — обязательно обратитесь к специалисту. Это не стыдно, это нормально.

Комментарии:
Сообщение будет отправлено
после авторизации
    Будьте первыми в обсуждении
    Вам будет интересноВам будет интересноВам будет интересноВам будет интересноВам будет интересно